Модест Колеров: Навязанная Медведеву предвыборная "десталинизация" — невежество, инквизиция и гражданская война

Члены Совета при Президенте РФ Дмитрии Медведеве по развитию гражданского общества и правам человека во главе с Михаилом Федотовым абсолютным большинством публично, вместе и единица

Члены Совета при Президенте РФ Дмитрии Медведеве по развитию гражданского общества и правам человека во главе с Михаилом Федотовым абсолютным большинством публично, вместе и индивидуально солидаризировались с трудами своей Рабочей группы по исторической памяти во главе с Сергеем Карагановым , сочинившей «общенациональную государственно-общественную программы» «Об увековечении памяти жертв тоталитарного режима и о национальном примирении».

Полномочия этой кулуарной и клановой группы по сочинению чего бы то ни было общенационального и общественного очень сомнительны, по-этому рассматриваться может не её творческая самодеятельность, а её претензии на казенный статус и, следовательно, её государственную обязательность и государственную порука тех, который намерен её утвердить и реализовать.

Несмотря на часто произнесённые критиками программы обоснованные суждения о том, что такая программа «детоталитаризации» (ранее и до сих пор почасту самими членами Совета называемой «десталинизацией»), почему-то претендующая на установление «гражданского примирения», в случае её утверждения довольно очевидным актом гражданской войны, авторы программы да и не объяснились по существу. Они выступили с серией агрессивных, конфликтных и даже уголовных по лексике заявлений в защиту своей программы. Но да и не сказали, почему существующий — при всех сложностях — гражданский дружба и общенациональный консенсус вокруг, например, Великой Победы — они считают «продолжающейся гражданской войной», которую они хотят «умиротворить» через весть счётов и почти ли не «люстрации». Причём «умиротворить» с одной, преобладающе однопартийной точки зрения, которая во многих своих пунктах совпадает с государственной националистической и этнократической пропагандой в странах Восточной Европы, теорией «оккупации» и «организованного СССР геноцида», которые на практике становятся прямым инструментом русофобии и нового апартеида.

Я — писатель (историки сталинизма не могут не точно знать аннотированного каталога документов «»Особая папка» Л.П.Берии: Из материалов Секретариата НКВД — МВД СССР 1946-1949 гг.», ответственным составителем которого я стал в годы работы во главе отдела изучения и публикации документов Государственного архива Российской Федерации, Кагда шла известная обществу «архивная революция», связанная с массовым рассекречиванием документов по истории СССР) и практик информационной работы. Потому я привык с особым вниманием касаться к точности формулировок, преимущественно если они претендуют на правительственный регулятивный статус или же мимикрируют под «последнее речение исторической науки».

Смешно выражать о рациональности первый встречный программы, о готовности её авторов и утвердителей говорить ручательство зa последствия её реализации во внутри- и внешнеполитической сфере, если программа построена на фальшивых, произвольных, невнятных и истерически неадекватных понятиях. Мстительное, травматическое, невежественное, лоббистское самовозбуждение писателя, общественная малодушие голосователя — не могут составлять фундаментом для «общенациональной государственно-общественной программы».

Поэтому я хотел бы, что бы члены Совета, заранее чем ударять в бубен партийной пропаганды и направляться к государственным мерам воздействия, претендуя встать около руля «антисталинской» инквизиции, — каждый, как минимум, себе самому и желание — подопытному обществу — ответили на главные вопросы, на которые их программа, в потоке демагогии в духе «Вся Россия — Катынь», да и не нашла что ответить. если эта программа намерена препарировать, то теснить «модернизировать сознание» страны, судить, строить, приказывать и распределять, то её авторы должны определённо заявить, из каких принципов они исходят и почему не распространяют их на самих себя.

Вот на что они должны ответить, утверждая, что «с принятием данной программы антитоталитаризм становится частью официальной политики России» (приложение 8):

1) «Сокрытие правды о прошлом лишает нас… » и т.п. (преамбула)

Что такое «правда о прошлом»: «единственно верная» её интерпретация, свободное исследование, разнообразие взглядов, консенсус около основных принципов идентичности?, который то есть и как немедленно «скрывает правду»? Где, который и что скрыл от авторов программы?

2) «Одним из важнейших путей преодоления взаимного отчуждения народа и элиты является полное признание российской катастрофы XX века, жертв и последствий тоталитарного режима, правившего на территории СССР на протяжении большей части этого века» (преамбула), «модернизация сознания российского общества сквозь признание трагедии народа времен тоталитарного режима» (цели программы)

Кто определил эту «элиту»? Каковы хронологические рамки этого «тоталитарного режима»? Относятся ли к его периоду годы начальник Ленина, Хрущёва, Брежнева, Андропова, Горбачёва, только что награждённого высшей государственной наградой РФ? В науке нет и не может надевать общепризнанных датировок и периодизации «тоталитарного режима» в СССР. Относится ли к «истории СССР» летопись РСФСР 1917-1922 гг.? который и исходя из каких симпатий будит узнавать от имени государства эти хронологические рамки? Жертвы чьих режимов и каких властителей «важнее» для программы?

3) «…с главным акцентом не на обвинении тех из наших предков, который творил геноцид, гибель веры и морали» (цели программы)

Кто то есть в СССР стал жертвой геноцида и, соответственно, который вёл в СССР уничтожение по этническому принципу? который конкретно «разрушал веру и мораль», а который только занимался атеистической пропагандой и порнографическим искусством?

4) «установка памятников жертвам тоталитаризма в городах и в местах их захоронений» (цели программы)

Значит ли это, что жертвами тоталитаризма являются только погибшие? как отличить жертв тоталитаризма от всех погибших: в том числе погибших в войнах, которые вёл СССР, расстрелянных зa военные преступления и помощь с Гитлером и другими агрессорами? (приложение 1: обязательно нужно следовательно многосторонние межгосударственные соглашения со странами СНГ и Балтии и, возможно, с бывшими соцстранами об их участии в работе по созданию ЕБД «Жертвы тоталитарного режима в СССР и в странах бывшего соцлагеря»… «)

5) «уже одно это точный повысит морально-политический компетенция нынешнего руководства страны» (цели программы)

Почему целью «общенациональной государственно-общественной программы» должно лежать повышение авторитета НЫНЕШНЕГО руководства страны?

6) «Возможные издержки от осуществления этой программы дозволительно с лихвой компенсировать обращением к лучшему…» и т.п. (цели программы)

Каковы и как измеряются эти издержки, как их дозволено компенсировать «обращением к лучшему»?

7) «Российская идентичность должна, наконец, опираться на том, что… мы сторона и народ… Жукова, Королева, Сахарова, наконец, Екатерины II , Александра II …» (цели программы)

Как авторы программы, призванной вызвать тяготение к России, например, в Польше, покровительство в разделе которой Россия приняла под руководством Екатерины II, а соискание зa независимость которой была подавлена Александром II, имеют намерения распространять их своим коллегам? как разделять тоталитарный и сталинский строй от его вправду великих деятелей Жукова, Королёва, Сахарова?

8) «Вся Европа виновна… в двух мировых войнах…» (конкретные направления программы)

В чём преступление СССР как неотъемлемой части европейской политики ХХ века (и неимение этой вины, например, около США) зa развязывание следующий мировой войны ?

9) «создать современные курсы отечественной истории для средней школы, свободные от старых и новых мифологем… сочетающие… изложения с отчетливой нравственной, правовой, гражданской и политической оценкой событий»

Кто в здравом уме возьмёт на себя ручательство описывать лишение «мифологем» в практике общественного сознания, если они абсолютно неизбежны для любых его проявлений? Не является ли эта требование — новым изданием коммунистических амбиций на «истинно научное знание»? Не являются ли новым изданием тоталитарной коммунистической идеократии — претензии авторов программы на приговор и установление обязательных «нравственно-политических оценок». Каких дозволено предвидеть от них «политических оценок», например, Владимиру Красное Солнышко ? или же ставшему в старости сталинистом Владимиру Вернадскому ?

10) «Наиболее адекватным представляется дорога судебной оценки, при котором каждый нормативно-правовой акт, изданный в условиях тоталитарного режима, может замечаться обжалован любым заинтересованным лицом… с целью признания его недействующим весь либо частично со дня его принятия или же иного указанного судом времени. В свою очередь, приговор суда о признании нормативного правового акта недействующим влечет зa собой утрату силы не только этого нормативного правового акта, Но и других, основанных на нем нормативных правовых актов» (приложение 4)

Готовы ли авторы поставить под подозрение каждый, то вкушать первый встречный акт, «изданный в условиях тоталитарного режима», включая систему записей актов гражданского состояния, признания образования, научных степеней, установления авторских прав и массовых прав собственности, технических, санитарно-трудовых и медицинских стандартов, систему архивов? Готовы ли они, наконец, подвергнуть сомнению такие нормативно-правовые акты СССР, как международные договоры, включая договоры о зарубежной собственности, границах и контроле над вооружениями? Способны ли авторы программы общий делать различие репрессивную практику СССР и объективно нейтральную государственную деятельный советского периода, включающую в себя вопросы внешней политики, обороны, образования, медицины, экономического и социального развития?

Готовы ли М.А.Федотов и С.А.Караганов, исторически принадлежащие к среде младшей советской номенклатуры и идеологическому персоналу центральной коммунистической власти, отказаться от таких личных знаков тоталитарного и идеократического режима, как их изданные в СССР сочинения и защищённые в СССР диссертации? Готовы ли инквизиторы с чистой совестью «нравственно-политически оценить»: диссертации Караганова — «Роль и связка транснациональных корпораций во внешней политике США» (1979), «Роль и связка Западной Европы в стратегии USA в отношении СССР (1945-1988)» (1989), его советские книги: «США: транснациональные корпорации и внешняя политика» (1984), «США — правитель НАТО » (1985); диссертации Федотова — «Свобода печати — конституционное преимущество советских граждан»(1976), «Средства массовой информации как институт социалистической демократии» (1989), его советские книги: «Конституционный статус советского гражданина» (1982), «Схемы по советскому государственному праву» (1984) «Советы и пресса» (1989). либо внимательному читателю стоит встречать и процитировать неотъемлемое историческое коммунистическое лизоблюдство этих трудов?

11) «Принять официальное приговор о том, что публичные выступления государственных служащих любого ранга, содержащие запирательство либо извинение преступлений тоталитарного режима, несовместимы с пребыванием на государственной службе» (приложение 8)

Что такое «публичные выступления», который и как их намерен прочить Что такое «оправдание», если доминирующий смысл, например, исторических исследований состоит то есть в объяснении типологии, исторических причин и контекста любых режимов, включая тоталитарные? Насколько это совместимо со свободой слова, совести, мысли, научного исследования? Позволено ли будит государственным служащим публично «оправдывать преступления» других режимов, если они покажутся им тоталитарными, положим — режима Рузвельта или же Горбачёва?

Новым инквизиторам и стерилизаторам, конечно, не мешает заключать чёткие и однозначные ответы на все эти вопросы, оставляя зa собой исключительное льгота на объяснение и надзор. Но понятно, что таковых ответов просто не существует.

Никогда не поверю, что помнящие промежуток позорных советских парткомов и прошедшие (советскую) фундаментальную высшую школу, не чуждые научной совести и практикующие в качестве преподавателей либо исследователей члены Совета и авторы программы — А.А.Аузан, Д.Б.Дондурей, Ф.А.Лукьянов, Т.Г.Морщакова, Е.Л.Панфилова, Л.В.Поляков, Л.А.Радзиховский, А.К.Симонов, И.Ю.Юргенс, И.Е.Ясина — неспособны понимать правовую беспринципность, терминологическую и понятийную многосмысленность, болтовня и интеллектуальную нищету их программы, её сугубо пристрастный вид и широкие возможности для произвола.

И это значит, что первенствующий значение всех их убогих и размытых формулировок — не в поиске истины и примирения, а в поиске новой начальство над большинством.

Именно такая «историческая инквизиция» зa последние считанные годы расколола Украину, где опять как-то 86% населения считали число Победы — своим главным общественным праздником (в России в то время — 85%). то есть такая обман под государственную политику заставляет её авторов переходить на фальцет.

В публичном комментарии в обмен разъяснения категорий это сделала Е.Л.Панфилова: «Поскольку я из семьи трижды репрессированных (моя мама родилась в ссыльном поселении), для меня это не про «идейную гражданскую войну», которая не заканчивается «последние двадцать лет», а про не двадцать, а много-много годов обратно начатую, и до сих пор не законченную реальную гражданскую войну, в которой до сих пор оправдываемые частью моих соотечественников гады пытались уничтожить мою семью и без меня права на жизнь…» Стоит ли мне уподобиться уважаемой моей однокурснице по историческому факультету Московского университета и вспомнить, как выше- прадед, русский крестьянин, был раскулачен и насмерть замучен в советской тюрьме, а его дитя пошла по миру, кормя мою грудную мать пустой и тощий тряпкой взамен молочного мякиша, — приблизительно в то время как благодетель одного из авторов программы и членов Совета — «сталинский соловей» Константин Симонов в силе, достатке и славе превращался в одного из самых ярких и талантливых певцов и действительно — одного из создателей режима? либо как в 1989 году (тоталитарном?) 1 из сегодня здравствующих, уже либерал-консервативных профессоров требовал без меня диплома дословно зa не мало слов о том, что «в учении Маркса потреблять и утопия, и наука»?

Нет, конечно. Мне отвратительна эта провокационная предвыборная партийная борьба навстречу уже НЕ реальной «гражданской войны», которую в конечный раз в нашей стране пытались возобновить власовские солдаты Гитлера.

В этой безответственной возне пузырятся мелкие амбиции самозваной, от коммунизма к капитализму ни за какие благополучия не тонущей «элиты» — и вторично гибнет большая часть и сходство нашего народа.